— Очень смешно!

И чертами лица, и цветом волос сестры очень походили друг на друга, но Элис в свои двадцать восемь уже заметно обабилась, начав терять стройность фигуры и былую привлекательность.

— Не могли бы мы… — начала Хильда, обращаясь к девушке-помощнице.

— Да, Шарон, — сказала Элис, — будь любезна, сходи поищи моего муженька. Он должен быть где-то на верхней площадке. Поинтересуйся у него, куда могла деться платежка за дизель, который доставили двенадцатого числа.

Когда помощница вышла, Элис сказала:

— Она вернется не скоро. На самом деле, Берти косит траву за туалетами. А теперь рассказывай, какие у тебя проблемы, малышка.

— Я только что от врача.

— Ты ходила к врачу? Тебе нездоровится?

— Я беременна.

Ну вот, она это сказала. Слова произнесены.

— Беременна?! О, Боже! — Смысл сказанного дошел до Элис не сразу. — А ошибки быть не может?

— Нет.

— Какой срок?

— Восемь недель.

— Ты, должно быть, догадывалась, раз сама пошла проверяться.

— Конечно.

— И кто же это? Ральф?

— Да.

— Ты в этом уверена?

— Естественно, уверена! Что я, по-твоему?…

Элис сдержала раздражение и сказала:

— Ладно, не будем вдаваться в это сейчас, но только не строй из себя святую невинность, детка! И давно вы с Ральфом?…

— Это было всего один раз.

— И ты не принимала таблеток?

— Нет.

— А почему же Ральф?…

— Мы не предполагали, что у нас дело дойдет до этого.

— Весьма наивное оправдание.

— Не надо так со мной разговаривать.

— Возможно, но ты только представь, как взовьется отец. Что ты намереваешься делать?

— Я сказала врачу… ну, этому, временному, что хочу сделать аборт, но он не согласился.

— Не велика беда. Пойдешь к Хоскингу, когда он вернется из отпуска.